ТРАХТЕНБЕРГ: У нас в гостях заслуженный артист России Бари Алибасов, здравствуйте!

 

АЛИБАСОВ: Это ты хватил - заслуженный артист.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: А написано. Не заслуженный артист?

 

АЛИБАСОВ: Просто Бари Алибасов.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: А у нас написано - заслуженный артист.

 

АЛИБАСОВ: Не знаю, ничего подобного.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Не давали заслуженного?

 

АЛИБАСОВ: Давали, ну и что?

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Ничего, просто.

 

АЛИБАСОВ: Ну, тогда перечисляй все, я, между прочим, еще и заслуженный артист Татарстана, не только России.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: А Татарстана откуда?

 

АЛИБАСОВ: Ну, откуда, дали и дали.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Да вы что? А кто дал-то?

 

АЛИБАСОВ: Дают, люди дают, хорошие люди дают.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Мне не дали еще заслуженного, я так хотел.

 

БАТИНОВА: Артист Татарстана, ты должен там работать.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: А я там работаю время от времени, на таких тусовках - закачаешься. И в Казахстане мы тоже были. Так вот, Бари Алибасов и Олег Коршунов, это новый нанаец.

 

КОРШУНОВ: Привет.

 

АЛИБАСОВ: Абсолютно новый, потому что старый был Олег Коршунóв. А в твоем исполнении Олег Кóршунов. Ну, ладно, тогда новый.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Тогда надо было написать ударение, я же по-татарски не умею, поэтому я как написали.

 

АЛИБАСОВ: Не знаю, на радио ты сидишь, не я.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Начинается! Бари Каримович, не мешайте. Радиослушатели не видят Олега Коршунова...

 

КОРШУНОВ: Произносите, как вам будет угодно.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Да мне все равно, самое главное, что похож он на Зверева. Почему ты похож на Зверева? С бородой и прическа такая лохматая.

 

БАТИНОВА: Да прямо, слушатели, не слушайте Рому, знаете его вкус?

 

КОРШУНОВ: Наверное, из одного города.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: А ты с ним из одного города, да?

 

КОРШУНОВ: Да.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Вот видишь, накладывается  отпечаток.

 

АЛИБАСОВ: И я из этого же города, мы все из города Усть-Каменогорска.

 

КОРШУНОВ: Восточно-Казахстанская область, Казахстан, кто не знает.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Ужасный город, нас там чуть не убили один раз, я ездил на гастроли, я об этом в книжке написал.

 

АЛИБАСОВ: Как ты убежал?

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Мы с йогом были, у него был меч.

 

АЛИБАСОВ: С кем?

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Йог.

 

АЛИБАСОВ: Это он или она?

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Это он, это мужчина, который делал всякие разные вещи с мечами, глотал дрели вертящиеся, он достал меч такой острый, как бритва, и сказал: двоих замочу, остальных покалечу.

 

АЛИБАСОВ: И ты остался жив?

 

ТРАХТЕНБЕРГ: И мы свалили, конечно. Но мы  отработали.

 

АЛИБАСОВ: Таким образом, мы в самой низкорейтинговой программе сейчас?

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Да, вам повезло, вы не знали, что ваша карьера так закончится на самом низкорейтинговом шоу, но, правда, в прайм-тайм. Нас еще не гонят отсюда, но мы и не напрашиваемся.

 

БАТИНОВА: Бари Каримович, можно вначале вопрос вам задать? Нам редакторы нашли информацию, что вы политический имиджмейкер. Вы могли бы ее как-то опровергнуть или подтвердить?

 

АЛИБАСОВ: Ну, почему я должен это опровергать, когда я занимался предвыборной кампанией Нурсултана Назарбаева и даже возглавлял кампанию, я занимался предвыборной кампанией Селезнева, Аяцкова и так далее. Причем делал это основательно. Я - первый профессиональный политтехнолог. Тогда, когда я этим занимался, об этом еще никто не знал, и как нужно это делать, тем более. Сейчас все делают так, как я научил страну и не одну.

 

ТРАХТЕНБЕРГ: Злые языки рассказывали, что когда вы работали в «Арсенале», да?

 

АЛИБАСОВ: «Интеграл».

 

ТРАХТЕНБЕРГ: О, «Интеграл», я перепутал, это в голове.