КОКОРЕКИНА: Наш гость - народный артист России, композитор, певец, музыкальный продюсер Игорь Яковлевич Крутой. Здравствуйте, Игорь Яковлевич.

 

КРУТОЙ: Здравствуйте. Я, конечно, не певец.

 

ТИХОМИРОВ: Почему не певец? Я помню, вы пели.

 

КОКОРЕКИНА: Вы пели, да, и аккомпанировали себе.

 

КРУТОЙ: Это не самая сильная сторона моего творчества, поэтому это так, по случаю.

 

КОКОРЕКИНА: А самая сильная?

 

КРУТОЙ: Самая сильная, наверное, все-таки сочинительство музыки.

 

ТИХОМИРОВ: Это точно.

 

КОКОРЕКИНА: А я вот тут недавно прочитала у вас в интервью, что вам нравится в последнее время просто мелодии писать, потому что это избавляет вас от общения с артистами. Они вам надоели?

 

КРУТОЙ:  Нет, ну это уж так совсем упрощенная схема. Но тех артистов, для которых хотелось бы  писать, таких нет. А те, которые принесли имя и славу моей музыке, популярность, те вышли как-то потихонечку-полегонечку на 60-летний рубеж.

 

КОКОРЕКИНА: И что, силы уже не те?

 

КРУТОЙ: Нет, это уже становится просто неформатом для радиостанций. При всем том, что те, кто форматы побеждает во всех хит-парадах, их на гастролях практически нет, и они залы-то не собирают, а собирает все старая плеяда.

 

ТИХОМИРОВ: Вот об этом я и хотел поговорить. Можно я буду без отчества?

 

КРУТОЙ: Можно. Просто Игорь, молодой еще.

 

ТИХОМИРОВ: Вы меня, наверное, сейчас побьете за это, но это моя личная наболевшая мысль. Игорь, вы знаете, мне кажется, что вы развратили наших артистов. Вот посмотрите, я брал интервью у всех практически, кто работал вместе с вами, кто пел ваши песни, кто ездил на гастроли. Как хорошо - есть композитор Игорь Крутой, напишет хиты, потом отправит на гастроли, не только по России, в Америку отправит. И они расслабились.  Если они раньше бегали, искали, что-то рыскали, то теперь есть Игорь Крутой, который напишет шлягер…

 

КРУТОЙ: Нет-нет-нет, это все упрощенная очень схема, ничего этого нет. И не так просто Игорю Крутому написать шлягер. Потому что шлягер - это сродни голу в футболе, маленькое чудо.

 

ТИХОМИРОВ: Но ведь согласитесь, что они расслабились.

 

КРУТОЙ: Расслабились по другим причинам. Потому что раньше, наверное, артисты пытались попасть на телевидение, пытались в радиоигру попасть. На сегодняшний день телевизионные каналы заинтересованы в хороших артистах, и поэтому если хороший артист, приносящий рейтинг, это уже каналу больше интересно, чем самому артисту. А тем более, что если артист еще будет прыгать с парашютом, драться на ринге…

 

ТИХОМИРОВ: А вы знаете, да, в последнее время артисты как-то занимаются всем чем угодно, только не своим ремеслом.

 

КРУТОЙ: Ну, это все вы, телевизионные каналы федерального уровня, поставили артистов в такую…

 

ТИХОМИРОВ: Неудобную позу, да?

 

КОКОРЕКИНА: А можно про хороших артистов, которые рейтинги приносят? Мы как раз видим плеяды никому не известных молодых людей, которые посидят на «фабриках», их там просмотрят за стеклом, и после этого они вдруг сразу, моментально становятся очень популярными, очень любимыми, хотя на самом деле это совершенно ничем не подтверждено. А те артисты, которые зарабатывали свою славу, известность, популярность и зрительскую любовь годами, они каким-то удивительным образом оказываются по другую сторону экрана.

 

КРУТОЙ: Ну вот «фабричные» артисты - это все-таки элемент инкубаторства во всем этом есть. Поэтому это недолго.

 

КОКОРЕКИНА: Ну и вы к этому руку приложили.

 

КРУТОЙ: Я только на четвертой «фабрике». Но мне не стыдно за своих ребят. И у меня как раз на моей четвертой «фабрике», которую я считаю самой удачной из всех «фабрик» (может, у меня субъективное такое мнение), но ребята все были личностями, они прямо глянцевые были, они до сих пор существуют на рынке и собирают публику.

 

ТИХОМИРОВ: А вы скажите, а вы их ведете до сих пор, вот этих ребят?

 

КРУТОЙ: Ну, кого-то веду, кого-то.

 

ТИХОМИРОВ: А почему? Вот с чем это связано, что одних ведете, а других нет? Что это - талант, например, или какой-то контракт?

 

КРУТОЙ: Ну, это отдельная история. Вы же в курсе, что там делились. Поэтому кто решил, остаться со мной - Ира Дубцова, Доминик Джокер, Тимати - все до сих пор со мной. А кто решил быть по другую сторону баррикад, на другой стороне.

 

ТИХОМИРОВ: Это достаточно известная была война.

 

КРУТОЙ: Ну зачем? Мы же по поводу мира собрались.

 

КОКОРЕКИНА: А можно последний вопрос про войну? А если тебя ударили, надо сдачи давать?

 

КРУТОЙ: Ну, надо рассматривать каждый случай в отдельности. Но я бы дал.