ТОЛСТАЯ: У нас в студии Тимур Бекмамбетов. Здравствуйте, Тимур.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Здравствуйте.

 

ДОЛИН: Поздравляем вас с прошедшей уже премьерой и с грядущим прокатом вашего замечательного фильма «Особо опасен».

 

БЕКМАМБЕТОВ: Я слышал вас, пока ехал в машине, там радио работало, так что я в курсе.

 

ДОЛИН: Ну, мы не наврали ни в чем?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Нет, все правда.

 

ФАДЕЕВ: Какое по счету это интервью, которое вы дали перед фильмом, скажите, пожалуйста, и не устали ли вы от этого?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Я не считал. Но много.

 

ДОЛИН: Лучше, наверное, и не считать. Тимур, скажите честно, вы-то фильмом довольны? Мы уже привыкли к тому, что режиссер всегда, часто, во всяком случае, кривит физиономию, когда заходит речь о Голливуде… мол, я сделал не то, что я хотел, а то, что они хотели. Или вы именно этого хотели?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Я даже не ожидал, что так хорошо получится.

 

ДОЛИН: Почему? Получилось действительно здорово. То есть вы гордитесь своим проектом?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Да, мне нравится.

 

ДОЛИН: Вопрос, который, как мне кажется, многих сейчас занимает, будет еще больше занимать, когда они посмотрят ваш фильм. Наши патриоты, радетели отечественного кино, особенно отечественных блокбастеров, они же увидят, оценят, что фильм хороший, и, наверное, скажут: ну, конечно, это же деньги. В Голливуде денег больше, вот они и делают лучше. Как, по-вашему, здесь связь какая-то существует?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Это вы про кого говорите?

 

ДОЛИН: У меня есть очень много знакомых, просто зрителей.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Ну, зрителям все равно - денег больше, меньше.

 

ФАДЕЕВ: Нет, но есть такое устойчивое мнение - ну конечно, 150 миллионов бюджет, что вы хотите.

 

ТОЛСТАЯ: Вот только что сидел в этом кресле Михаил Пореченков, который снял фильм, который выходит в сентябре, и жаловался на то, что не хватает денег, не хватает ему, в прокат трудно пробиться. Потом говорит: ну, это же не на камеру снято, как фильм «Особо опасен». Я говорю: а что такое камера?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Это такая камера цифровая.

 

ТОЛСТАЯ: Я, говорит, не могу себе позволить такой камеры. Конечно, там будут деньги, конечно, там будет огромный прокат.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Пусть позвонит, у нас есть камера, здесь в Москве лежит, мы ему дадим.

 

ТОЛСТАЯ: Мы сейчас через прямой эфир «Маяка» это сделаем. Что такое Red и чем она так невероятна?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Ничего невероятного нет, это новая камера. Вот у нас были раньше пленочные фотоаппараты, потом появились цифровые. Вот ровно та же самая разница. Снимали все на пленку, потом стали снимать на цифру.

 

ТОЛСТАЯ: Вы все снимали на цифру?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Нет, мы не снимали на цифру, у нас просто камера была, лежала рядом, мы ее ни разу не использовали, потому что она неизвестно что дает.

 

ФАДЕЕВ: А вот Спилберг считает, что надо снимать на пленку, так он для себя решил, потому что он говорит, ему нравится, когда там всякие волосики.

 

ДОЛИН: А Лукас - что на цифру.

 

ТОЛСТАЯ: А вы на что снимали?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Мы снимали на пленку. Вообще, неважно, на что снимать, важно - как.

 

ТОЛСТАЯ: Ну, это понятно. Но, судя по вашей интонации, ничего вас не удивило в Голливуде. Как снимали кино, так и снимали кино.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Нет, почему, много что удивило. Удивили замечательные люди, команда, которая у меня была, композитор Дэнни Элфмэн такой замечательный, который написал абсолютно русскую музыку к фильму.

 

ФАДЕЕВ: А еще он написал музыку к «Симпсонам».

 

ДОЛИН: А еще он написал музыку ко всем фильма Тима Бертона лучшим.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Да, он написал музыку ко всему, что мы любим. В какой-то момент выяснилось, что он говорит по-русски, и он еще и спел песню на русском языке. Так что в фильме в русской версии звучит Дэнни Элфмэн, поющий на русском языке.

 

ТОЛСТАЯ: К вам относились как к новичку в Голливуде? Они же тоже привыкли к такому статусу и такие ярлыки наклеивать…

 

БЕКМАМБЕТОВ: Вы знаете, меня спасало только то, что они все смотрели «Ночной дозор» и все его очень любили, поэтому у меня была такая визитная карточка.

 

ФАДЕЕВ: Я думаю, что к Тимуру относились, как к новому Джону Ву. Знаете, Голливуд раз в пять лет вытаскивает такого человека и говорит: это новый кто-нибудь, и дает ему кучу денег, и, как правило, эти люди оправдывают…

 

БЕКМАМБЕТОВ: Как правило, не оправдывают.

 

ДОЛИН: Как правило, не оправдывают, я как раз хотел тебя поправить.

 

ФАДЕЕВ: Но с Джоном Ву вряд ли такое случилось.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Случилось.

 

ФАДЕЕВ: На восьмой картине, может быть.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Нет, "Mission: Impossible II" был такой левоватый.

 

ФАДЕЕВ: Но "Сломанная стрела" был хороший.

 

ДОЛИН: Нет, потом был фильм какой-то чудовищный про войну, я даже уже названия его не помню. Тимур, скажите, все пишут, может быть, это какое-то заблуждение, но мне кажется, что это действительно так, что такого колоссального бюджета - 150 миллионов не получал ни один такой новичок, пришедший из другой страны.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Он рос, он рос, он начинался с небольшого.

 

ДОЛИН: Но он же вырос.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Да, аппетиты росли.

 

ТОЛСТАЯ: А как вы выбивали этот бюджет?

 

ДОЛИН: То есть они посмотрели материал: о, круто, дадим еще денег! Так?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Нет, они посмотрели сначала раскадровки, посмотрели сначала аниматики, это такие при визуализации фильма экшн-сцены, они были сделаны в Москве нашими компьютерными графиками, как мультфильм такой, то, что потом превратилось в кино, было сначала сделано в виде такого мультфильма. Они посмотрели и захотели еще, захотели актеров побольше позвать, и так он рос, рос и дорос до невероятного.

 

ДОЛИН: Изначальный проект, история, сюжет от них исходили или от вас?

 

БЕКМАМБЕТОВ: От них, конечно. Студия «Юниверсал» купила права на комикс, написанный Марком Милларом, шотландским пьяницей молодым, очень хорошим человеком, написали сценарий какой-то безобразный, который был гораздо хуже, чем комикс. Потом долго, год пытались его исправить, восстановить, думали, как это все сделать.

 

ТОЛСТАЯ: А вы тоже принимали участие в исправлении этого сценария?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Да, я тоже принимал участие. Режиссер, как правило, принимает участие.

 

ДОЛИН: А вы шотландского актера взяли Джеймса МакЭвоя на главную роль, потому что шотландский автор комикса?

 

БЕКМАМБЕТОВ: Я только потом, когда интервью давал, по Европе ездил, только сейчас я сообразил, что произошло, я не думал об этом.

 

ДОЛИН: Забавно получилось.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Они выросли в одном городе.

 

ДОЛИН: После Эвана Макгрегора он стал сейчас самым популярным шотландским актером в мире, хотя он молодой еще, но каждая новая роль - это событие.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Да, он замечательный.

 

ФАДЕЕВ: Я могу сказать, что посмотрел его первый раз в фильме и увидел в этой скучнейшей английской экранизации «Искупление» - нуднятина чудовищнейшая, - но я увидел, что в нем абсолютно точно есть потенциал, и, главное, он очень здорово сыграл.

 

БЕКМАМБЕТОВ: Вы не видели его фильм, называется «Внутри я танцую». Он сыграл человека, - собственно, почему я его пригласил и боролся долго со студией из-за него, - я увидел его в фильме, который называется Inside I'm Dancing, он играл молодого парня, который сидел в инвалидной коляске, у него двигались только глаза, и он мог говорить. И в этом доме инвалидов, куда его привозят, где он оказывается, он становится суперменом. То есть человек в инвалидной коляске становится суперменом, все девушки его любят, он всех свел с ума и так далее. То есть Джеймс, он внутри танцует, у него есть это, это его свойство.