17.10.2006 12:06 "спецрепортаж"
Театр с высоты птичьего полета

"Демон. Вид сверху"
17 и 18 октября на фестивале "Территория" состоится премьера коллективного сочинения лаборатории Дмитрия Крымова по мотивам поэмы Лермонтова "Демон. Вид сверху". Накануне премьеры наш корреспондент Дарья Ли побывала на генеральной репетиции. Она прошла в рамках фестиваля "Театральная паутина". Генеральная репетиция транслировалась через Интернет.
ЛИ: Это четвертый спектакль, который Дмитрий Крымов делает со своими студентами - сценографами из ГИТИСа. Все они - и "Не-досказки", и "Тонкий Хот", и "Торги" становились драгоценными театральными событиями. Драгоценными своей, если выражаться непафосно, неформатностью. А если все-таки в кои веки позволить себе пафос, то можно сказать, что гениальностью.
До Крымова в России такого театра не было. Делая реверанс литературоцентричности отечественной театральной традиции, Крымов в названии своих зрелищ ссылается на высокие литературные образцы: сказки Афанасьева, Сервантес, Чехов и вот Лермонтов. Но на этом все, что связано с текстом, заканчивается, и начинается театр художника, в котором театральным событием становятся неостановимый творческий процесс и претерпевающее бесконечные метаморфозы сценическое пространство.
Художественные образы, такие живые в своей эскизности, творятся и изменяются на глазах зрителя. И сам взгляд зрителя в таком театре меняется. Так, например, задача спектакля "Демон. Вид сверху" - дать зрителю возможность посмотреть на мир с высоты птичьего полета.
КРЫМОВ: Мы решили, что это будет не просто про Демона спектакль, конечно, а про жизнь и смерть, про взгляд птицы, птичий взгляд на землю сверху. Грустный взгляд, потому что там внизу все такое маленькое, героически маленькое. Мы сначала за столом придумываем. Отчасти инженерная, отчасти художественная, отчасти актерская работа. Как в мастерской. Обсуждаем каждый рисунок. Вот сейчас Лиза научилась вписывать детские ручки в родительские, что у меня просто сердце екает.
ЛИ: Спектакль создан для зала "Глобус" театра Васильева. Памятуя о претензиях к этому театру Московского управления культуры, иначе как самым "эффективным использованием площадей театра Васильева" - этот спектакль не назовешь. Увлеченные происходящим там внизу, на земле, зрители почти висят вниз головой, перегибаясь через перила амфитеатра. Режиссеру телевизионной трансляции Александру Смирнову также пришлось подойти к делу творчески.
СМИРНОВ: В обычном спектакле мизансцены выстроены горизонтально, а здесь вертикально. Сразу было ясно, что надо пользоваться краном, но мы еще сами не знали как.
ЛИ: Там внизу, перед началом спектакля бутафоры выклеивают двенадцатислойный пирог из белой бумаги и черного полиэтилена. На этой бумаге уже в ходе спектакля рисуют огромными кистями, в нее заворачивают актеров, из нее делают снежки и крылья. На ней разворачивается история мира от грехопадения. В истории мира Крымова есть сцена сожжения второго тома «Мертвых душ», уход Льва Толстого из Ясной Поляны и подсолнухи Ван Гога, которые создаются на наших глазах из виниловых пластинок фирмы "Мелодия" и резиновых хозяйственных перчаток, и, конечно, взросление Тамары, грузинская свадьба и клятва Демона. Логика соединения этих сцен загадочна, но настолько чудесна, что ей просто веришь.